Юрий Мухин начинает с вопроса, почему системы, в которых работают обычные люди, часто дают плохой результат. Его ответ: причина не обязательно в личных качествах работников. Поведение человека зависит от того, кто может его поощрить или наказать. Если это начальник, подчинённый прежде всего старается угодить начальству; если последствия его решений определяет само дело, он вынужден учитывать его реальные требования.
Для этой разницы автор вводит понятия «бюрократ» и «делократ». Бюрократ подчиняется вышестоящей инстанции, делократ — своему делу, то есть результату, за который готов платить потребитель. Управленец, по Мухину, нужен для того, чтобы разделить общую задачу на части и обеспечить работу исполнителей. Когда же он начинает диктовать способы выполнения, указания со временем расходятся с меняющимися условиями, а отвечать за итог становится некому.
В качестве модели делократического управления автор разбирает армию. Командир ставит подчинённому задачу, сообщает необходимую обстановку и задаёт взаимодействие, но не обязан предписывать каждое действие. В бою условия меняются, поэтому исполнитель должен сам выбрать способ, сообразный ситуации. Ответственность за приказ остаётся на командире, а обсуждение приказа помогает найти лучшее решение. Мухин противопоставляет этому бюрократическое правило «приказы не обсуждают».
Эту логику автор переносит на гражданскую жизнь. Он разбирает освоение целины и утверждает, что правительство подменило цель — обеспечить страну продовольствием — конкретным способом: распахивать заданные площади. По его изложению, местных агрономов и руководителей заставляли выполнять план пахоты, даже когда они предупреждали об ущербе почве. Первые урожаи, нехватка хранилищ и последующие пыльные бури становятся для Мухина примером того, как распоряжение о способе может заслонить результат и повредить ему.
Похожий механизм он видит в истории советской промышленности: обязательная упаковка металла в бочки мешала выгодной поставке навалом, когда покупатель сразу отправлял металл в плавку. Лицензирование экспорта, нормы и многочисленные проверки, по мысли автора, создают чиновникам стимул соблюдать формальные показатели, даже если это снижает выпуск или приносит убыток. Аппарат разрастается, руководители передают решения вниз по инстанциям, а исполнители учатся избегать личной ответственности.
Отдельно Мухин рассматривает суды и прокуратуру. Он разбирает производственные травмы и дела о политических репрессиях, чтобы показать, как, по его мнению, обвинение перекладывается между следствием, прокурорами и судьями, а решения принимаются ради начальства или отчётности. Эти эпизоды поддерживают его общий тезис: формальные правила не гарантируют справедливости, если участники системы ориентируются на вышестоящих, а не на собственную ответственность и смысл дела.
Во второй части книги автор обсуждает экономику страны. Он считает её главной задачей производство максимально возможного количества нужных людям товаров и услуг, а планирование — необходимым способом согласовать работу предприятий. Разбирая цепочку от поставки кокса до выпуска автомобилей, Мухин показывает, как сбой в одном звене может остановить многие другие. Его практический проект — ослабить власть начальника над исполнителем и связать поощрение с результатом конкретного труда. Книга заканчивается призывом к руководителю точно определить общую цель и оставить специалистам пространство для решений, сохраняя за собой ответственность за итог.