Книга начинается с рассказа составителя о том, как возник этот эпистолярный дневник. Астафьев не вёл дневников, но годами писал письма родным, друзьям, коллегам, начинающим авторам и редакторам. После выхода его переписки с Валентином Курбатовым читатели стали присылать сохранившиеся у них послания. Когда писем набралось достаточно, их расположили по годам — и разрозненная переписка стала хроникой жизни и работы писателя.
Первые письма, относящиеся к началу пятидесятых, показывают начинающего автора, который внимательно присматривается к собственному письму. Он обсуждает названия, язык героев, композицию и правку рассказов, просит коллег отметить сдвиги во времени и места, где повествование теряет ход. Астафьев сомневается в своих текстах и охотно принимает замечания, но отстаивает важное для себя: простую, строгую речь без искусственного «детского» сюсюканья и местный колорит, который создаётся интонацией, а не россыпью непонятных слов.
В переписке с друзьями литература соседствует с повседневностью. Астафьев пишет о нехватке денег, болезни жены, заботах о детях, поездках, рыбалке и жизни в деревне. Он рассказывает о многолетней работе над повестями и о том, как редакторские требования, задержки и цензура вмешиваются в судьбу рукописей. Из его писем видно, что писательство для него одновременно тяжёлый труд, источник заработка и редкая радость: когда из слов вдруг возникает живой человек или узнаваемая картина.
Важная линия книги — отношения Астафьева с другими авторами. Он резко критикует слабые и фальшивые тексты, но поддерживает тех, кому, по его мнению, мешают обстоятельства или несправедливое отношение издателей. Он добивается внимания к начинающим писателям, помогает им с публикациями и рекомендациями, а сам не раз переживает отказ или затянувшееся ожидание решения редакции. В письме молодому автору он объясняет, почему не стоит подменять личный опыт газетными штампами: лучше написать неловко, но о том, что действительно знаешь и пережил.
Письма раскрывают и происхождение его писательского дара. Астафьев вспоминает Игарку, где учитель Игнатий Рождественский заметил его чтение, дал ему тему для сочинения и поддержал первые литературные опыты. Этот интерес помог мальчику иначе взглянуть на себя, лучше учиться и продолжать писать. Позже личные воспоминания и пережитое станут материалом рассказов — в том числе «Васюткиного озера».
С годами письма всё настойчивее обращаются к войне, памяти погибших, цензуре, бедности и переменам в стране. Астафьев не предлагает готовых ответов на вопросы о том, зачем пишется литература и делает ли она людей лучше. Он спорит с теми, кто приукрашивает войну или деревенскую жизнь, потому что видит в этом обман живых и мёртвых. При этом его интонация не сводится к обвинению: в ней остаются юмор, привязанность к близким и восхищение природой.
Составитель отмечает, что в книге собрана лишь часть переписки, но даже она соединяет полвека жизни Астафьева с историями его адресатов и временем, в котором они жили. Теперь письма обращены к читателю: вопросы, на которые писатель не нашёл окончательного ответа, становятся поводом самому всмотреться в прошлое, в страну и в собственные представления о правде и справедливости.